Религии африканской диаспоры/Николай де Маттос Фрисвольд/VII. Легионы ада/Капета-Майорал и Эшу Рей
Николай де Маттос Фрисвольд
Капета-Майорал и Эшу Рей

Nicholaj de Mattos Frisvold (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Лицензия Creative Commons
Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.

Природа Майорала — истинного главы кимбанды — вызывает немало споров. Мнения о нем расходятся в широких пределах: Майорала считают кем угодно, от Ошалы и Нзамби до Сатаны, Дьявола и Люцифера. Но все это — лишь маски различных ипостасей, а в действительности Майорал — не кто иной, как архангел Михаил. Таким образом, налицо динамическое взаимодействие сил, которые принято считать противоборствующими, и в самой этой идее чувствуется любопытный привкус богомильской ереси. Разумеется, я не утверждаю, что кимбанда восприняла учение богомилов в буквальном смысле, но можно предположить, что мастера кимбанды находились под влиянием тех же духовных сил и философских представлений, что и богомилы.

Архангел Михаил олицетворяет духовный огонь небес и солнечную силу преодоления, проявляющуюся, главным образом, как некромантический дар. Последний и порождает его амбивалентную связь с Царем мира сего — Уриэлем, Люмиэлем или Люцифером. Как же следует понимать эту пару сущностей? Майорал — архангел, а Король Эшу — дьявол, владыка мира сего, князь всего мирского. Следовательно, Эшу Рей — это не имя, а чин, который могут принимать на себя несколько различных эшу, находящихся на вершине иерархической лестницы. Обычно эту роль выполняют Эшу Мор, Эшу Рей дас Сети Энкрузильядас или Эшу Люцифер. Теоретически, Эшу Калунга тоже может облекаться верховной властью, но лично я не слыхал, чтобы такое случалось, хотя мне доводилось слышать о нескольких храмах, которые считают своим Эшу Реем и Майоралом Сатанаэля.

Определяя Эшу Рея как «Абсолют», венценосную силу всех эшу и совокупность зла, Фонтенелли утверждает, что работать с ним в контексте черной магии опасно, и советует обращаться к нему лишь в операциях высокой магии и оккультизма. За этим стоит известное стремление избежать более жестких и грубых проявлений эшу, которых Фонтенелли характеризует как духов «напряженности».

Схожие идеи обнаруживаются в культе обеа, учение которого мне передали по одной из тринидадских линий. Здесь в качестве короля культа почитается Папа-Кости (Papa Bones), во многих отношениях подобный Омолу. Папу-Кости нередко описывают и изображают в виде исполинского скелета. Его считают духом-трикстером, но у него есть и более темный двойник — Сасабонсам (Sasabonsam), лесное чудовище из королевства Ашанти. Сасабонсам и Папа-Кости — это два отражения одной и той же сущности, вредоносное и благосклонное; этим они напоминают нам о конфликте между Сатаной и Люцифером — конфликте, который находит разрешение в образе святого Михаила. По-видимому, схожая динамика заключена и в таинственной личности Майорала.

Майорал

Этот конфликт, по природе своей динамичный, отражается в борьбе между высшей и низшей частями человеческой души, которые постоянно пытаются перехватить друг у друга власть над нашими поступками. Войну между Сатаной и Люцифером развязал не кто иной, как человек. Для тех, кто подчиняется велениям Сатаны, Эшу превращается в дьявола; но для тех, кто движим устремлением к божественному разуму, Эшу становится могущественным защитником и верным другом, ипостасью Абсолюта, — и эта ипостась тесно связана с сердцем и душой самого человека. Как уже поняли читатели этого руководства, проблема зла гораздо более сложна, чем принято считать в христианстве, которое попросту воздвигает стену между преисподней и эмпиреем. Напомним, что, по верованиям богомилов, Бог сотворил Сатанаэля из собственной тени. И немаловажно то, что имя этого падшего ангела изначально оканчивалось на «-эль»: такое окончание указывает на его небесный статус, статус сына Божьего. Люцифера, Сатанаэля и Сатану, пожалуй, уместнее всего рассматривать как троякое отражение самого Царя Теней. Люцифер олицетворяет прометеев дух, оживляющий творение, — принцип движения, перемен и мудрости. Он — наша высшая душа, божественный разум, или сосуд Нуса, соединяющий нас со всем сущим в совершенной гармонии. Сатанаэль олицетворяет мост между высшей и низшей частями души: это божество выбора и вызова, открывающее врата в царство эмоций и экстатических переживаний, которые, в идеале, должны подчиняться велениям разума. Если мы допустим, чтобы на престол нашей сущности взошли эмоции, то очень скоро деградируем и из королей и королев своих владений превратимся в рабов и невежд. Наконец, перейдя мост, возведенный Сатанаэлем, мы вступаем в царство Сатаны — в мир великой извращенности духа, лишенный искры божественного становления и не имеющий места в золотой цепи мироздания. Следуя via negativa, нетрудно убедить себя, что «зло» есть отсутствие Бога. И действительно, отсутствие божественной искры обычно влечет за собой разложение ума, души и сердца и падение в материю, подобное тому, которое постигло Сатанаэля, когда он утратил свой божественный статус и отпал от источника всего сущего.

Понятию «черная магия» дают самые разные определения, но в царстве эшу можно обнаружить примеры черной магии во всех возможных ее интерпретациях — именно благодаря тому, что это царство подразделяется на вышеописанные три уровня. Оно олицетворяет одновременно и великую Тайну (которую мы до поры до времени оставим сокрытой), и то падение и разложение, до которых человек может довести себя сам. Если мы в своих прометеевых устремлениях не сумеем сохранить благородство и доброту сердца, то равновесие между эмоциональной и интеллектуальной составляющими может нарушиться. И тогда мы провалимся в преисподнюю, где царит Сатана; мы утратим и душевный покой, и осознанность. А это, в конечном счете, приведет нас к той разновидности «черной магии», под которой понимаются поступки, обусловленные разложением души. Магические действия такого рода направлены на манипулирование волей других людей ради утоления голода и влечений низшей души. Это негативная магия, противоречащая самой сущности Люцифера. Следует понимать, что Люцифер никогда не делает выбор за человека: он — так же, как и Сатана, — лишь олицетворяет один из вариантов, которые мы можем выбрать, и это парадоксальное и напряженное противоречие делает путь кимбанды узким, как лезвие меча. Риск оступиться и упасть в пропасть духовного разложения и безумия на этом пути гораздо выше, чем на многих других путях магии и эволюции.

Взывать к Люциферу — совсем не то же самое, что взывать к Сатане, и Эшу Люцифер несет совершенно иную духовную окраску, чем Сатана. Если Сатана играет на наших желаниях, побуждениях и потребностях, манипулируя ими неким тайным и извращенным образом, то Люцифер воздействует на высшую часть нашей души. Попытка установить связь с этой силой может быть опасна для неподготовленного ума, поскольку в природе Люцифера сосредоточена невероятная мощь. Чтобы добиться его проявления пусть даже на самом низком уровне, всегда требуются внутренняя безмятежность и чистота всех энергий, присутствующих во храме. Нужно полностью расчистить пространство даже для того, чтобы вместить лишь малую долю этой силы. Что же до проявлений падшей природы, то они не отмечены достоинством Люцифера, стремящегося вновь объять собою божественный огонь. Прислуживать у стола Сатаны, на котором подаются все пороки и извращения преисподней, — это удел тех, кто видит в эшу лишь удобный путь к достижению краткосрочных целей и все свое внимание направляет на плоть и ее сиюминутные хотения. Эшу способны разжечь огонь плоти и отворить лабиринты нашей низшей души с такой же легкостью, с какой они распахивают врата горнего Иерусалима перед искателем райских блаженств.

Эшу Рей олицетворяет устремления обеих частей нашей души — и высшей, и низшей — во всей их полноте, из-за чего многие Искатели и впрямь сходят с ума или прибегают к тенденциозным дуалистическим толкованиям. Нечто подобное можно наблюдать в связи со многими гримуарами, такими как «Лемегетон», приписываемый царю Соломону, так называемый гримуар Гонория, «Черная курица» и «Истинный гримуар»: обо всех этих книгах ходит ходит дурная слава. Как известно просвещенному читателю, эта зловещая репутация не отражает истинного положения дел: в гримуарной литературе также заключен парадокс, завещанный искателям самим Гермесом Трисмегистом. Эти учебники Искусства способны с равным успехом привести одного человека под власть Наместника Ада, а другого — ко двору Царя Мудрости. В действительности же они открывают нам азбучную истину: злейший наш враг — мы сами. Сделать выбор — это задача самого Паломника, а не того тернистого пути, по которому он следует и для которого гримуары служат лишь картой. В большинстве своем гримуары исходят из предпосылки, что заклинатель исповедует христианство или, по крайней мере, следует дорогой мистика, — благодаря чему перед ним и открывается двойственный путь между эмпиреями и преисподней, на котором можно обрести равновесие между двумя этими царствами. С такой точки зрения становится понятным, почему гнозис христианского типа зачастую занимает столь важное место в гримуарах.

С учетом этого святой архангел Михаил вновь предстает перед нами как сила, вбирающая в себя динамику конфликта и борьбы и обеспечивающая устойчивость в работе с легионами ада. В этом контексте он проявляется как самодержец всех Перекрестков.

Священные предметы: иссоп, гальбан, все ночные цветы, вишня, табак, золото, красный, черный и белый цвета, трезубцы, алмазы и кристаллы кварца.

Люцифер: золотой, красный и белый цвета, розы, лилии, гелиотроп (кровавик).

Сатанаэль: красный, черный и золотой цвета, мандрагора, обсидиан.

Синтез: цвет — прозрачный, как хрусталь, с оттенками красного; омела, опал.

Сатана: черный цвет, асафетида, белена, оникс.

 

Понто кантадо Эшу Рея

 

A encruza é de Exu
Afirmo e não errei (bis)
Saravá Povo da Quimbanda,
Saravá nosso Exu Rei. (bis)

Перекресток — от Эшу,
Сказано верно, и нет в том ошибки (x 2).
Saravá, народ кимбанды,
Saravá, наш Эшу Рей. (х 2)

 

Sr. Sete meu amigo de alma,
Sr. Sete meu irmão quimbandeiro,
Gira todo mundo gira
Mas seu Sete é da coroa de Oxalá. (bis)

Сеньор Сети [или: Господин Семи] — друг моей души,
Сеньор Сети — мой брат-кимбандейро,
Пусть кружится весь мир духов,
Но сеньор Сети — он от венца Ошалы (х 2).

 

Sete facas de ponta em cima de uma mesa,
Sete velas acesa lá na encruzilhada,
Exu é rei, Exu é rei.
Exu é rei lá nas Sete Encruzilhadas.
Deu a meia noite,
Quando meu pai chegou (bis)
Corregira, vai ficar lá madrugada,
Salve Exu, salve Exu,
Rei das Sete Encruzilhadas.
O meu senhor das armas,
Diz que eu não valho nada,
Oia lá que eu é Exu
Rei das Sete Encruzilhadas.

Семь острых ножей — на столе,
Семь горящих свечей — на перекрестке,
Эшу — король, Эшу — король,
Здесь, на Семи Перекрестках, Эшу — король.
Полночь настала,
Когда пришел мой отец. (х 2)
Танец длится, он будет здесь до рассвета,
Храни нас, Эшу, храни нас, Эшу
Король Семи Перекрестков.
Мой господин оружия
Говорит, что я недостоин,
Взгляни-ка сюда, я — Эшу,
Король Семи Перекрестков.

 

Oia lá, catira de Umbanda,
Espia espia quem vem lá!
É o supremo rei de Quimbanda,
Chefe de chefe é Maioral,
Todo povo tá me saravando,
Papai na Umbanda mandou me chamá!

Взгляни-ка сюда, это танец умбанды,
Смотри, смотри, кто идет!
Это верховный король кимбанды,
Владыка владык — Майорал,
Меня приветствуют все,
Отец по умбанде велел мне [его] позвать!

 

Exú Rei é o maioral,
Exú Rei é o maioral,
Ele vem fazer o bem,
E também o mal.

Эшу Рей — майорал,
Эшу Рей — майорал,
Он приходит творить добро,
А также и зло [творить].

 

É Mojubá, Seu Exú Rei é Mojubá,
É Mojubá,
Seu Tranca Ruas na quimbanda é Mojubá,
É Mojubá! Seu Tranca Ruas é Mojubá,
É Mojubá,
Sete Tronqueiras na magia é Mojubá,
É Mojubá,
E a Pomba Gira na defesa é Mojubá,
É Mojubá! Pomba Gira é Mojubá,
É Mojubá.

Он — можуба (Mojubá[1]), сеньор Эшу Рей —можуба,
Он — можуба,
Сеньор Транка Руас — можуба в кимбанде,
Он — можуба! Сеньор Транка Руас — можуба,
Он — можуба,
Сети Тронкейрас — он можуба в колдовстве,
Он — можуба,
А Помба-Жира — она можуба в защите,
Она — можуба! Помба-Жира — можуба,
Она — можуба.

 

Следующие два понто кантадо можно использовать также для Эшу Мора:

 

A meia noite na Capela
Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral,
E na entrada do Inferno
Ele é o mal,
E de pé na Encruzilhada
Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral,
E do alto da Calunga
Ele é o mal,
E de pé no Cemitério
Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral,
E pra os inimigos Ele é o mal,
E na Escuridão Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral.

В полночь в Часовне
Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал,
У врат Преисподней
Он — зло,
Стоящий на Перекрестке,
Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал,
На вершине Калунги
Он — зло,
Стоящий на Кладбище,
Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал,
Для врагов своих Он — зло,
И в Темноте Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал.

 

Voando em duas asas negras,
Voando pelo mundo inteiro,
Voando em duas asas negras,
Voando pelo mundo inteiro,
Na linha de Exu,
Seu Exu Rei foi o diabo que eu chamei primeiro,
Na gira de Exu,
Seu Exu Rei foi o diabo que eu chamei primeiro.

Летящий на черных крыльях,
Летящий над целым миром,
Летящий на черных крыльях,
Летящий над целым миром,
В линии Эшу
Господин Эшу Рей был тем дьяволом, кого я позвал первым,
В танце Эшу
Господин Эшу Рей был тем дьяволом, кого я позвал первым.

 

Понто рискадо Эшу Рея

 

Это оккультное понто Эшу Рея, которое используют, чтобы установить с ним связь медитативного характера (например, увидеть его во сне). Оно получено из печатей, приведенных в «Истинном гримуаре»[2].

 

Это самое простое и полезное из всех понто Эшу Рея. Ему находится множество различных применений.

 

Это понто символизирует Эшу Рея, когда тот берет руководство ситуацией на себя. С помощью этого знака можно подчинить себе обстоятельства, а также смягчить одержимость, если та протекает слишком тяжело.

 

Это понто используют для привлечения духов. С его помощью можно также прибавить силы присутствию Эшу Рея. Кроме того, его можно использовать как защитный символ при изготовлении талисманов-патуа.

 

Это понто называется «Понто Майорал». Оно символизирует соединение сил кимбанды в фигуре Эшу Рея. Два меча обозначают равенство мужского и женского начал, семь крестов указывают на важную роль, которая так часто отводится в кимбанде этому числу, а солнце святого Михаила, венчающее Эшу Рея, означает, что за ним надзирает мудрое ангельское воинство.

Перевод с англ. Анны Блейз



[1]
Mojubá — слово со значениями «уважаемый», «почтенный», «великий»; может использоваться как приветственное обращение. — Примеч. перев.

[2] Исходным материалом для этого понто рискадо послужила печать Люцифера из «Истинного гримуара»:

 

Для понто Эшу Рея из этой печати заимствованы знаки, расположенные во внешнем кольце, хотя расположение их изменилось на зеркальное, а некоторые символы заменены стилизованными изображениями трезубцев и вил. В центральной части понто, над головой Эшу Рея, помещены элементы из центральной части печати Люцифера и элементы из второго и третьего знаков Люцифера, приведенных в «Истинном гримуаре»:

и  . — Примеч. перев.

назад