Религии африканской диаспоры/Николай де Маттос Фрисвольд/III. Привратники ночи/Линии Утренней звезды
Николай де Маттос Фрисвольд
Линии Утренней звезды

Nicholaj de Mattos Frisvold (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Лицензия Creative Commons
Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.

Из этого плавильного котла разнообразных традиций вышла спиритическая секта, члены которой называли себя «Идущими за Утренней звездой». Огромное влияние на это братство оказали французский спиртизм и оккультизм, а в основе его лежало учение, согласно которому бесплотные духи разделялись на следующие категории:

проводники, которые не сходят в земной мир сами, но испускают некие небесные или планетные лучи, доступные для восприятия в земном мире;
духи света — посланцы проводников;
марумбо (marumbos) — непослушные духи, не обретшие покоя и не желающие разрывать связи с землей;
духи страдания, которые вызывают болезни и подстрекают людей к злодеяниям.

Считалось, что от этих четырех категорий исходят пять особых «излучений», или природных сил, на основе которых сформировалось пять линий духов:

линия Эшу, в которой обретаются все человеческие пороки;
линия душ, к которой относятся все духи страдания;
линия кимбанды, которая состоит из духов, по сути своей земных, но по характеру родственных Луне и Нептуну. Эти духи рассматривались как планетные силы, вводящие людей во грех и вызывающие пагубные привычки и зависимости. Линия кимбанды считалась черномагической в худшем смысле этого слова;
линия уруанды (Uruanda), или арруанды (Arruanda), состоящая из духов, которые отреклись от зла и обратились ко свету, то есть претерпевают процесс обращения;
линия умбанды, в которую входят только природные духи, обретшие божественный статус и трудящиеся во имя добра и света.

В этой классификации обнаруживается слово «марумбо» — искаженное maroon («марон») или marabou, как называли, в частности, потомков чернокожих. Не исключено также, что между словами marumbu/marumbo и mironga («миронга», т.е. колдовство) имеется этимологическая связь. При этом линия кимбанды, которая в тот период считалась африканской линией, возглавляемой святым Киприаном, была такой же непокорной и беспокойной, как духи-марумбо. Иными словами, духи африканского происхождения получили признание как отдельная и самостоятельная линия, но сама эта линия была отягощена негативными ассоциациями. Вне сомнения, на эту классификацию повлияло расистское представление об африканских культурах как образчиках ранней и примитивной стадии человеческой эволюции: история обращения африканцев в христианство была экстраполирована на духовный план. Но очень скоро этот подход породил серьезную дилемму, потому что к медиумам, работавшим с линией умбанды, начали приходить духи других категорий — прету-велью, кабокло, ориша и даже эшу.

С учетом этого обстоятельства была предложена другая иерархия (которая, впрочем, тоже быстро преобразилась): африканских духов попытались распределить африканских духов по «нациям» — Наго, Кассанге, Ангола, Мале и так далее. В работах Н.А. Молины, Антониу Алвиша и Алуизиу Фонтенелли эта система последовательно уточнялась и, в конце концов, сформировались те классические линии, с которыми кимбанда работает и по сей день. Основу их составляет двуединый корень магического христианства: традиция Иосифа Аримафейского как мистического предтечи умбанды и наследие Никодима, предвосхитившего таинства кимбанды.

 

Эшу Люцифер

 

В процессе этих преобразований Эшу принимает на себя роль Сатаны или Люцифера, истолкованных как темное подсознание самого Бога. Эшу представляется как космическая Ртуть, от которой исходит постоянная угроза устоявшемуся миропорядку. По этой причине духов из линии кимбанды (по вышеприведенной классификации) стали рассматривать как космические силы, склонные ко злу, но не совсем пропащие: решили, что их можно обратить ко свету, если обходиться с ними как с рабами ориша и ангелов, а Эшу описывали как тот компонент нашей животной души, тот инстинкт выживания, защиты и нападения, который умбандисты, в конце концов, стали называть «языческим» (pagan). Собственно, по этой линии и прошел раскол, о котором Фонтенелли пишет в следующих словах:

…кимбанда упорствует в своей приверженности старым африканским традициям, тогда как умбанда стремится очиститься от дикарского и нецивилизованного влияния кимбанды.

Несомненно, все эти процессы протекали в атмосфере духовного расизма (и это еще самое мягкое из выражений, которыми можно охарактеризовать подобный подход). Но следует также отметить, что в большинстве синкретических религиозных групп африканская культура пустила настолько глубокие корни, что избавиться от них уже не представлялось возможным.

Возвращаясь к вопросу о линиях, подчеркнем еще раз, что сама идея распределения духов по линиям восходит к нескольким источникам, в числе которых — культ энкантадо, сантидади и катимбо, а также различные спиритические группы. Секта Идущих за Утренней звездой — лишь одна из них, но не единственная. Та же идея обнаруживается в спиритуалистической теологии Кардека, одно из основных положений которой гласит, что духи объединяются в «фаланги» по принципу общих склонностей. Ничего удивительного: ведь и мы, люди, тоже заводим между собой отношения и собираемся в группы на основе сходства интересов или душевной близости, — и точно так же дело обстоит «на той стороне».

Еще в 1925 году Леал ди Соза разработал протоклассификацию линий умбанды, в которой наследие макумбы и спиритизма тесно переплелось с влиянием кандомбле:

линия Ошалы, или «Господа нашего ду Бонфима» (Nosso Senhor do Bomfim);
линия Огума, или святого Георгия;
линия Эушоки (Euxoca), т.е. Ошоси, или святого Себастьяна;
линия Шанго, или святого Иеронима;
линия Ньян-Сан (Nhan-San), т.е. Иянсан/Ойи, или святой Варвары;
линия Йеманжи, или Девы Марии Непорочного Зачатия;
линия Альмас (Almas), т.е. «линия душ», — африканская линия святого Киприана.

Бросается в глаза, что различным ориша — духам йоруба — здесь отведен высокий статус во главе отдельных линий, тогда как все духи банту и конго без разбора отправлены в линию душ, которая на практике представляла собой не что иное, как линию кимбанды.

За следующие десять лет названия и состав линий заметно изменились. Линия Ошалы стала совершенно католической, и теперь в ней почитают не только легионы святых, таких как Антоний, Маргарита, Екатерина и Экспедит, но и души умерших африканцев, которые при жизни были добрыми католиками. Линия Йеманжи превратилась в объединение множества легионов, в число которых вошли сирены и ундины, кабокло вод и различные мифологические существа наподобие бото и йяра[1]. Кроме того, с этой линией стали тесно связываться Мария Магдалина, Венера, Луна и Полярная звезда. Линию Иянсан заменили линией Востока с Иосифом Аримафейским во главе, чрезвычайно разнородную по составу: в нее вошли духи самых разных народов и рас — от эскимосов до европейцев и от японцев до арабов. Линии Ошоси и Шанго заполнились индейскими духами и кабокло, а духи линии Огума стали считаться хранителями таких линий, как Малей и Наго, и некоторых природных местностей. И, наконец, линия душ, по-прежнему определявшаяся как африканская, утратила своего святого покровителя: ее главой стал считаться Отец Кабинда (Cabinda), получивший свое имя по названию порта в дельте Конго, через который из Африки когда-то вывозили рабов. Под властью Кабинды объединились легионы Анголы, Гвинеи, Конго, Мозамбика и так далее, — каждый со своими мастерами и отцами.

В этой среде кимбанда, наконец, подняла свою голову, расправила крылья и показала когти: африканская кровь вскипела протестом, обретшим форму в семи собственных линиях, которые в середине 30-х годов XX века определялись так:

линия Душ, во главе которой стоял Омолу со своими легионами кладбищенских призраков и упырей;
линия Кладбищенских скелетов, во главе которой стоял Жуан Кавейра (João Caveira, Жуан-Череп) со своим легионом голодных духов;
линия Наго, состоявшая из духов перекрестков во главе с Жерере (Gererê);
линия Моссоруби (мусульманская), во главе которой стоял Эшу Каминалоа (Exu Kaminaloá) со своим легионом демонов, обитавших на перекрестках;
линия Малей, которую возглавляли Эшу Рей и Марабо с подвластными им легионами злобных и опасных духов аристократического и декадентского склада;
линия Кабоклос кимбандейрос, во главе которой стоял Пантера Негра (Pantera Negra, Черная Пантера) со своими легионами диких и кровожадных духов как африканского, так и индейского происхождения;
* смешанная линия, которой правил Эшу дас Кампинас (Exu das Campinas, Эшу Равнин) со своими мириадами духов, враждебных человеку.

Число семь играет чрезвычайно важную роль в кимбанде. Есть основания полагать, что концепция семи линий и семи царств возникла под влиянием Апокалипсиса, где фигурируют семь церквей: каждая церковь получает свое особое послание и у каждой есть свое особое достоинство и свой изъян. Подобно семи церквям Апокалипсиса, семь изначальных линий кимбанды символизировали семь типов религиозной общины и, следовательно, семь иерархий.

Семь королевств преисподней распределены между семью ночными часами, каждый из которых несет свою особую окраску и считается наиболее эффективным для магических операций определенного рода. В Средние века ночь подразделялась на следующие промежутки времени (по характеру схожие с ночными часами, принятыми в некоторых домах кимбанды):

Crepusculum (сумерки)
Vesperum (восход вечерней звезды)
Conticinium (наступление тишины)
Intempestiva (глухая ночь)
Gallicinium (крик петуха)
Matutinum (предутренняя пора)
Diluculum (рассвет)

Для ночных полетов годится только intempestiva — глухая ночь, самый черный час. Часы вечерних и утренних сумерек считаются смешанными по своей природе и подходят для самых разных операций. При этом первые два часа ночи отводятся для благотворной магии, а сonticinium — для молчаливого размышления и сосредоточения на работе, которую предстоит исполнить в час intempestiva — что в буквальном переводе значит «неподобающий час». За ним последует час петушиного крика — Gallicinium, предвещающий новый день, а следующие два часа, на протяжении которых свет возвращается в мир, отводятся для очистительных операций и для того, чтобы отправить на покой всех неприкаянных и неспокойных. Часу gallicinium соответствует черный цвет, matutinum — красный, а diluculum — белый.

Перевод с англ. Анны Блейз



[1]
Бото — в бразильском фольклоре дельфин-оборотень, который может превращаться в прекрасного юношу и соблазнять женщин. Йяра — в мифологии индейцев тупи и гуарани водяная дева, соблазняющая мужчин. — Примеч. перев.

назад