Северное язычество: божества, духи и миры/Рейвен Кальдера/Книга йотунов: работа с великанами Северной традиции/Книга йотунов: работа с великанами Северной традиции. 3. История и характер великанов
Рейвен Кальдера
Книга йотунов: работа с великанами Северной традиции. 3. История и характер великанов

Raven Kaldera (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Лицензия Creative Commons
Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.

Йотуны — самая многочисленная из всех рас, обитающих в Девяти мирах. Три из Девяти миров — Йотунхейм, Муспелльхейм и Нифльхейм — находятся целиком под их властью и населены только ими. Еще один мир, Хельхейм, принимает умерших из многих рас, но управляет им Хела, богиня из йотунов. Таким образом, это сила, с которой нельзя не считаться.

В литературных источниках образы великанов головокружительно разнообразны. Одни йотуны красивы, другие — гротескно уродливы; одни простодушны до глупости, другие одарены поистине божественной мудростью. Одни — заклятые враги асов и ванов, другие заключают с ними браки. Многие из асов родились от великанш, хотя богини из асов редко выходят замуж за йотунов (самое известное исключение — Сигюн).

С некоторыми обычаями, характерными для йотунов в целом, как класса, человеку смириться трудно, в связи с чем мы и склонны представлять себе великанов как злых демонов. Нам нелегко выйти за пределы собственных культурных ограничений и признать, что эти существа принадлежат совершенно к иному виду, чем мы. Такие обычные в культуре йотунов практики, как каннибализм, смертельные поединки или сексуальное насилие, действительно ужасают и огорчают, если смотреть на них с точки зрения человека. Но не следует забывать, что йотуны — не люди и судить их по нормам человеческой морали нельзя. У них — свои моральные принципы, которые для них прекрасно работают; они — существа иной природы, и человеческие правила им не подходят. По большому счету, только этноцентризм заставляет нас полагать, что мы вправе судить о йотунах по нашим стандартам.

Что я поняла, так это то, что все йотуны разные. У каждого из них — своя особая личность, свои мотивы и предпочтения. Они — индивиды, а не какая-то безмозглая вопящая орда. Они ничуть не глупы; наоборот, многие из них хитроумны и сообразительны. Некоторые йотуны враждебны ко всем, кроме своих соплеменников; некоторые благосклонны и к другим существам, но не слишком-то склонны о них заботиться; но есть и такие, кто активно интересуется чужаками. Одни будут держаться данного слова во что бы то ни стало; другим вообще нельзя доверять ни при каких обстоятельствах. Одни йотуны мудры и прекрасны, другие — жестоки и мстительны, но в большинстве своем они — что-то среднее между двумя этими крайностями. Нельзя стричь их всех под одну гребенку. Одним словом, во многих отношениях они так же разнообразны, как и люди.

Тем не менее, я полагаю, что обращаться с ними надо осторожно, осмотрительно и уважительно — несмотря на то, насколько хорошо (или плохо) лично вы к ним относитесь (даже если вы считаете их врагами, помните, что они — достойные противники). Никто не обязан любить их или восхищаться ими, но и сбрасывать их со счетов как что-то несущественное тоже нельзя. В конце концов, будь они всего лишь кучкой трусливых слабаков, разве Тор посвящал бы борьбе с ними столько усилий?

— Элизабет, духовидица

 

Все йотуны Девяти миров происходят от двух предков, совершенно друг на друга не похожих, — от Имира и Сурта, прародителей инеистых турсов и огненных этинов соответственно. Сурт, согласно мифам, — самое древнее создание: он существовал еще тогда, когда в мире не было ничего, кроме Муспелльхейма и Нифльхейма, плававших в бездне Гиннунгагап. От Сурта пошел род огненных этинов, о которых известно не так уж много, поскольку возникли они далеко не с таким шумом и грохотом, как инеистые турсы. Что же до Имира, или Аургельмира, как именуют его йотуны, то он, наоборот, занимает центральное место в классическом скандинавском мифе творения. Изначально Нифльхейм (Страна Туманов) представлял собою сплошную глыбу льда, по которой несла свои воды первозданная река Эливагар, и воды те были ядом, обращавшим в лед все, чего коснутся. Но затем Муспелльхейм приблизился к Нифльхейму, и льды Страны Туманов начали таять; и по сей день этот мир состоит напополам из воды и льда, перемешанных друг с другом. Тогда же, на заре творения, льды начали отступать и из-под них показалось тело спящего Имира.

Лингвист Роберт Клейборн в своей книге «Наш удивительный язык» исследует происхождение слова «Йоль» (Yule) — названия зимнего солнцестояния, самого темного времени года. По всей видимости, это имя вошло в индоевропейские языки через контакт с коренными народами Скандинавии, которых завоевали и ассимилировали индоевропейцы. Почти все, что нам известно об этих народах (а это, надо признаться, совсем немного), мы знаем благодаря словам, вошедшим только в древнегерманский и более ни в какие языки индоевропейского происхождения. Мы по сей день пользуемся «потомками» некоторых из этих слов — таких, как husam (англ. house, «дом») или skuldar (англ. shoulder, «плечо»). Мы знаем, что коренные народы Скандинавии вступали в браки с превосходившими их числом индоевропейскими завоевателями, — поскольку от них же нам достались такие слова, как wif (англ. wife, «жена», первоначально — просто «взрослая женщина») и kiltha (англ. child, «ребенок»), а также, что показательно, skalkhaz (англ. slave, «раб»). И они же оставили нам слово Yeowhla, название зимнего солнцестояния — времени, особо значимого для обитателей субарктической местности, где зимние ночи так невыносимо длинны и холодны.

Клейборн приводит свидетельства тому, что от этих же далеких предков нам достались некоторые элементы скандинавского мифа творения — а именно, рассказ о том, как от дыхания теплых южных ветров, дувших из Муспелльхейма, начали таять вечные льды, и о том, как «родился» или, точнее, освободился из ледяных оков древний исполин Имир, гороподобный прародитель великанов. По мнению Клейборна, все это очень похоже на то, что люди могли наблюдать под конец ледникового периода, когда в течение одной человеческой жизни ледники могли отступать на север на много миль, обнажая горы, покрывавшиеся затем травой и деревьями, и порождая бурные реки, которые затопляли низины и, разливаясь, превращались в озера и внутренние моря. Если так, то можно предположить, что эти протоскандинавы поселились в той местности задолго до начала таяния ледников… и что богами их вполне могли быть йотуны. Схожую гипотезу выдвигает Лилиенрот, возводя имя богини Хелы к доиндоевропейским источникам.

Насколько мы можем судить, Имир, появившийся из-под льда, был гигантским «протовеликаном», малоподвижным и почти неразумным. Он не умел ни говорить, ни менять облик; очевидно, по природе своей он был сродни горам. Питался он молоком из сосцов Аудумлы — исполинской божественной коровы, которая появляется в мифе внезапно и безо всяких объяснений и вскоре так же неожиданно исчезает. Большую часть времени Имир спал; и пока он спал, из пота его подмышек родились два инеистых турса — сын и дочь, а от того, что он потирал во сне ноги друг о друга, возник еще один сын-турс. Так появилось первое поколение настоящих инеистых турсов, уже наделенных всеми силами и способностями, которые унаследовало их потомство: они росли, работали, разговаривали и производили на свет детей обычным образом. Последним деянием коровы Аудумлы во всей этой истории стала попытка слизать весь лед Нифльхейма, но ей только и удалось, что вылизать из-под льда еще одно существо — Бури, первого аса. Он не был родичем турсам, но взял жену из них и родил с нею детей, в том числе — сына по имени Бор. Его детьми стали Один, Вили и Ве, которые, собственно, задумали и совершили убийство великого гиганта Имира. Кровь его хлынула могучим потоком, затопив весь Нифльхейм. Многих великанов смыло волнами потопа, но те, кто уцелел, заново заселили Нифльхейм и появившийся к тому времени новый мир — Йотунхейм. А сыновья Бора между тем занялись переустройством космоса, использовав для этого труп Имира, рассеченный на части.

Глядя на этот миф с точки зрения его древних создателей, нетрудно представить себе, как он развивался, менялся и преображался в попытках отразить изменившуюся реальность. Индоевропейские захватчики спешно ввели в сюжет предка своих богов, внуки которого, в свою очередь, убили предка богов покоренного народа, а затем переустроили мир на свой вкус. Бунтовщики бежали в необжитые места, в земли, более скудные и труднодоступные, и продолжали оттуда вести партизанскую войну против нового порядка. Убийцы разделили наследие древнего прародителя — землю, то есть его физическое тело, — между собой и своими союзниками. Один, внук Бури и главный из убийц Имира, сочетался ритуальным браком с великаншей Йорд, имя которой означает «Земля» и которая, практически, является олицетворением страны. Отголоски подобных практик встречаются и в мифах других народов, завоеванных индоевропейцами. Так, Зевс, окончательно победив род исполинов, именуемых в греческих мифах титанами, берет в жены одну из титанид — Метиду (Мудрость) — в знак своей полной власти над покоренной страной и в ознаменование ритуального смешения двух родов, победителей и побежденных.  Затем он разводится с ней и сочетается браком с Фемидой, еще одной титанидой, олицетворяющей общественный порядок и закон; затем разводится и с нею и, наконец, берет жену из собственного рода — Геру, богиню брака, которая становится его постоянной супругой и царицей богов. Так же поступает и Один: сколько бы он ни вступал в брачные связи с великаншами, полноправной женой его остается Фригг, госпожа асов.

Следующий раздел истории йотунов неполон: среди длинных славословий асам, творившим мир, о нем сохранилось лишь одно-два упоминания. Сказано только, что единственными из огненных турсов, пережившими пПотоп, были Бергельмир и его семья, однако все ЛГПС, которыми мы располагаем по этому вопросу, свидетельствуют об ином. Йотуны, рассказывавшие нам об этом периоде, утверждают, что из племени Бергельмира выжили многие, и вплоть до наших дней живы еще некоторые йотуны, родившиеся до Потопа; их имена будут перечислены ниже в разделе, посвященном Бергельмиру. Сурта и его родичей в Муспелльхейме Потоп, по-видимому, никак не коснулся. Вообще создается впечатление, что огненные этины, за исключением тех, кто вступил в браки с инеистыми турсами и покинул свой жаркий мир, держатся довольно замкнуто и по большей части хранят свою историю в тайне от посторонних. Инеистые великаны — возможно, благодаря своей связи со стихией Воздуха, с Ветром и Погодой, — быстро распространились по землям Йотунхейма. С ними в этот новый мир пришли их мужья и жены, взятые из числа огненных великанов, и дети от этих смешанных браков, а также все прочее потомство, способное выжить в новом мире. К началу войны между асами и ванами великаны уже стали самой многочисленной расой во всех Девяти мирах.

 

Свойства великанов

 

О генеалогии и продолжении рода у йотунов мы поговорим в следующей главе, потому что сначала следует рассмотреть те свойства, которые составляют, собственно «природу великанов», — те особенности, которыми обладают все йотуны без исключения, независимо от того, с какой стихией они связаны. При том, что йотуны отличаются огромным разнообразием (так, инеистые великаны совершенно непохожи на огненных, а горные этины — на этинов из Железного леса), все же их объединяют некоторые черты, общие для всей расы.

1). Способности, тесно связанные с силами природы и стихий — ветра, воды, огня, снега, камня, деревьев, животных. Некоторые пытливые исследователи интересовались у меня, в чем разница между йотуном и стихийным духом. Провести четкую границу между двумя этими классами сущностей непросто, но я постараюсь.

Нам, обычным людям, подверженным всем ограничениям нашей собственной природы, трудно понять, каково это — быть огнем, или льдом, или другим каким-нибудь природным явлением… трудно, но не совсем уж невозможно! Шаманы по всему миру обучаются «слиянию с природным миром» как способу обрести знания и силу. Одна из задач, которые ставит передо мной Хела в ходе моего шаманского обучения, заключается в «овладении» стихиями. Это не значит, что я должен превратиться в сказочного волшебника, способного одним взмахом руки призвать громы и молнии. Наоборот, «овладеть» стихиями — значит познакомиться с ними по-настоящему, понять и изучить их вдоль и поперек, почувствовать их и подойти к ним настолько близко, насколько это вообще возможно для человека. Нужно слиться с ними воедино и постичь их сущность. И в этом деле очень помогает работа со свойствами йотунов.

Чтобы объяснить разницу между стихийным духом и йотуном, воспользуюсь примером из финской «Калевалы»: там любое волшебство понимается как знание «истинного имени» того или иного предмета или явления — холода, тепла, солнца, огня и так далее. «Истинное имя» какой-либо стихии — это не волшебное слово: это волшебное чувство или состояние, возникающее благодаря тесной связи с этой стихией. Установив такую связь, вы примете в себя часть этой стихии, и в дальнейшем работать с ней вам будет гораздо проще, чем если бы вы держались от нее в стороне, на безопасном расстоянии.

Именно этой способностью, развитой до предела, и обладают йотуны стихий. Рассмотрим для примера огненного этина. То, что он — огненный, не значит, что он — просто огонь: в противном случае он и был бы просто огнем, как любой огонь. И это не значит, что ему известно истинное имя огня. Но он воплощает всем собой это истинное имя. Уточним: он воплощает собой не дух огня, а его истинное имя, то есть состояние, в котором он и един с огнем и, в то же время, остается отдельной сущностью. Таким образом, огненный этин — это не просто огонь, а огонь, наделенный самосознанием. Что же до стихийного духа, то его способности к самосознанию гораздо более ограничены. Этин — не менее (а, возможно, и более) разумное и сложное существо, чем человек, но при этом он является частью природы, интегрированной в его собственную личность.

По-видимому, одно из следствий такого тесного родства с силами Природы — некоторая неприязнь к цивилизованному земледелию и скотоводству, типичная для многих великанов. В старинной эльзасской сказке дочь великана ловит пахаря и сажает его в свой фартук, но отец велит дочке отпустить эту новую игрушку подобру-поздорову, потому что даже великанам нужен хлеб. С другой стороны, такие великаны, как Бауги и Хрейдмар, сами не чужды сельскому хозяйству (возможно, на них повлияло близкое соседство с восточной границей Ванахейма).

2). Буйный, дикий нрав, побуждающий легко впадать в неуправляемую ярость. Некоторые великаны умеют держать себя в руках, некоторые — нет. Культурные традиции йотунов рассчитаны на обуздание этой склонности и включают, в частности, строгие правила, касающиеся того, в каких случаях приемлемо вызывать кого-либо на поединок или убивать, а в каких — нет. Оскорбленный йотун очень серьезно относится к вире и в качестве выкупа может потребовать от обидчика, чтобы тот принял на себя страдания и боль: только тогда йотун сменит гнев на милость. Впрочем не всех великанов так уж легко разгневать: некоторые горные этины довольно флегматичны.

3). Сильные страсти вообще: бурные эмоции, свирепые приступы вожделения, буйная, экстатическая радость, громогласные и грубые шутки, жажда мести, не знающая границ. Всех йотунов отличает глубина и сила переживаний. Они постоянно живут в высоком напряжении и убийственно серьезны. Среди йотунов не встретишь ни стеснительных зануд, ни легкомысленных и капризных ветреников. (За последнего можно принять Локи, но на самом деле он лишь притворяется.) Даже если кто-то из них носит маску вежливой любезности и держит свои страсти в ежовых рукавицах (как, например, Утгарда-Локи, Мордгуд или Герд), все равно чувствуется, как за этим наносным спокойствием бурлит вулкан. Если йотун принял вашу сторону, он будет защищать вас от любого врага (если только не сочтет вас слишком глупым — хотя даже и в этом случае покровительство йотуна иногда можно сохранить). Возможно, ради вас он пойдет на все, даже на убийство. Но при этом он ожидает от вас столь же глубокой ответной преданности.

4). Верность клану и племени. Почти все йотуны, за немногочисленными исключениями, живут племенными сообществами и, как правило, чувствуют более сильную связь со своими кровными родичами, нежели с теми, с кем породнились через брак. Именно поэтому, например, Герд потребовала, чтобы Фрейр отдал ее родителям свой магический меч в качестве брачного выкупа: столь дорогой подарок не только подчеркнул высокую ценность невесты, но и упрочил положение ее семьи. Подобная верность — еще одно проявление глубины чувств, свойственной йотунам; и не случайно в шведском языке возникло слово «trolltryggr» — «верный, как великан».

5). Среди йотунов чрезвычайно распространено оборотничество. Практически каждый из них в той или иной степени способен менять обличья. Все из них, с кем я об этом говорил, умеют это от рождения, а некоторые достигли в искусстве оборотничества (а в культуре йотунов оно считается именно искусством) подлинных высот: для них сменить физическую форму — все равно что для нас переодеться. Однако большую часть времени великаны проводят в той форме, которая связана с их «природной стихией», а это значит, что вы запросто можете пройти мимо кого-нибудь из них, даже не заметив. Есть у них и гуманоидные формы, в которых они вполне могут сойти за человека. Но в целом йотуны очень разнятся между собой по размерам и обличьям, причем не только от клана к клану, но и в пределах одной семьи. Поскольку наша собственная раса, наоборот, весьма однородна с физической точки зрения, некоторым людям трудно свыкнуться с многообразием, царящим среди йотунов.

Способности к оборотничеству, по всей видимости, неразрывно связаны с близостью йотунов к природе. Те из них, кто превращается в животных, почитают их как своего рода тотемы; некоторые из них, особенно великанши, носят имена животных — например, Хюндла («собака»), Крака («ворона») или Трана («журавль»). Другие названы в честь связанных с ними природных сил — например, Кари («северный ветер») и весь его выводок детей, имена которых представляют собой различные наименования снега, или дочери Эгира, чьи имена — по большей части названия разного рода волн.

6). Несмотря на все различия между кланами, в целом йотуны более кровожадны, буйны и первобытны, чем люди. С другой стороны, и кодексы чести, которых они придерживаются, гораздо более строги, чем человеческие, — иначе великаны попросту перебили бы друг друга. (Как сказал один мастер сейта, «я понимаю, что это сравнение ужасно, но, образно говоря, они — не столько люди, сколько клингоны [1]».) Некоторые из их обычаев для нас неприемлемы — такие, как каннибализм, к которому они прибегают как в погребальных целях, так и из мести. Вполне возможно, что язычники, которых посещают видения какого-то утопического земледельческого общества из «глубокой древности», на самом деле бессознательно настраиваются на восприятие Ванахейма, — а те, кому являются видения фантастических «варварских» племен, в действительности созерцают Йотунхейм.

7). Йотуны — все до единого — воины. Теснее всего они связаны с самыми могущественными из природных сил — ураганами, лесными пожарами, землетрясениями и штормами. (С нашей точки зрения, в подобных силах и феноменах нет ничего хорошего. Но Природа бы с нами не согласилась. Более того, она могла бы сказать, что именно в подобных явлениях Она предстает во всем Своем великолепии, хотя они и причиняют нам неудобства.) Йотуны то и дело сражаются — за территорию, за справедливость и просто забавы ради. Некоторые из них могут даже в шутку — опять же, забавы ради — сражаться с нами, людьми. Один духовидец рассказывает: «Я имел дело с несколькими из них, и все они умели разное. Поскольку я вообще не прочь подраться, я сам вызывал их “испытать, чего я стóю”. Похоже, их это очень забавляет. Иногда я побеждал, иногда — проигрывал. Но честно могу сказать, что от всех благополучно уходил на своих двоих. Думаю, они поддавались. Им просто было забавно, что с ними захотел потягаться какой-то маленький человечек».

Сражаются они и за власть, за обеспечение должной «иерархии в стае». Особенно это характерно для йотунов, теснее прочих связанных с животными. Когда я впервые попал в Железный лес, меня окружили вервольфы, и один из них на меня прыгнул. Я принял боевую форму и повалил его, после чего он сразу же отступил. Это была проверка: они хотели выяснить, как со мной следует обращаться. Духовидцам вообще нередко устраивают подобные проверки, а иногда вызов могут бросить просто для острастки — если вы нарушили границы чьей-то территории. Некоторые новички принимают подобное предупреждение за битву не на жизнь, а на смерть: действительно, какой-то странный зверь набросился на них невесть откуда и собирается ни за что ни про что сожрать! Они бросаются на него в ответ, не подумав, — и это может кончиться плохо.

8). В сексе йотуны необузданны, грубы и неистовы, но к сексизму не склонны. Резкого противопоставления между полами у них нет, и, в целом, женщины-йотуны не уступают мужчинам по силе и свирепости. Сама мысль о подчиненном положении женщин, с точки зрения великанов, нелепа. Женщины-йотуны способны внушать не меньший страх, чем йотуны-мужчины. Короче говоря, великаны куда меньше привязаны к жестким гендерным моделям, чем любая другая раса во всех Девяти мирах, включая и людей.

Сексом йотуны занимаются так же страстно, как и любым другим делом, и так же неистово. Зачастую при этом они непредсказуемо меняют обличья прямо в процессе. Единственная разновидность секса, в которой йотуны принимают строго определенные роли — активную и пассивную, — это йотунская сексуальная магия; причем, как ни странно, основную магическую работу проводит пассивный партнер, активный же считается всего лишь его помощником.

Брачные обычаи йотунов разнообразны, но в целом значительно отличаются от тех, что приняты, например, у асов. Ни в одном из йотунских племен, с которыми сталкивался, не существует запретов на негетеросексуальные связи. Правда, ввиду того, что во всяком племенном обществе придают важное значение деторождению, гетеросексуалам отводится несколько более высокий статус; но никаких наказаний за сексуальные связи какого бы то ни было рода не существует — при условии, что эти связи не нарушают мирную жизнь и спокойствие племени. В особенности характерен такой подход для Железного леса, где рождается много гермафродитов и существ неопределенного пола. Многим людям, работающим с йотунами, кажется удивительным, что даже у самого огромного йотунского «мачо» если и нет желания «заниматься этим» с другим огромным йотунским мачо, запросто может быть друг, который именно «этим» и занимается с каким-нибудь еще йотунским мачо, — да и вообще он не видит в этом ничего плохого, даже если у него самого — другие предпочтения.

Строгой моногамии йотуны не придерживаются; у большинства из них дело обстоит так, что каждый берет столько жен, сколько может а) поселить под своим кровом и прокормить, и б) удержать от взаимных ссор. Впрочем, супруги одного и того же йотуна обычно не живут под одной крышей, если только не состоят друг с другом в родстве (например, как сестры). А это значит, что обладателям нескольких жен приходится жить на несколько домов, проводя время поочередно то с одной, то с другой супругой. Небезызвестные трения между двумя супругами Локи — Ангрбодой и Сигюн — объясняются вовсе не возражениями против полигамии, но, по большей части, возмущением Ангрбоды, что Локи взял жену из асов, а не из своего клана.

Брачные церемонии йотунов разнообразны — от формального религиозного ритуала до простого заявления о намерении перед лицом племени, — но всегда включают себя обмен кровью в той или иной форме. Если двое не обменялись кровью в присутствии свидетелей, брак не считается законным. Достаточно хотя бы уколоть палец, но обычно оба партнера наносят на ладонь порез, от которого затем останется шрам. Эти шрамы играют для йотунов такую же роль, как для людей — обручальные кольца; в случае разрыва отношений оба партнера могут обезобразить свои шрамы, проведя поверх них множество поперечных надрезов. Обмен кровью не столько выражает бурную страсть, сколько символизирует кровное родство между племенами: каждый партнер ритуальным образом принимает другого в свою семью, уделяя ему часть семейной крови.

Будут ли супруги после свадьбы жить вместе — вопрос открытый. Йотуны не разделяют представления о том, что партнеры по браку непременно должны прожить всю свою жизнь под одной крышей и каждую ночь спать в одной постели. Иногда супруги остаются жить каждый в своем племени, а время от времени просто где-нибудь встречаются друг с другом. Иногда бывает так, что йотун большую часть времени живет с одной супругой, а другую иногда посещает. Некоторые вообще постоянно странствуют, навещая партнеров по браку лишь изредка. Если вы обнаружите пару, долгое время прожившую вместе, это может объясняться тем, что у них есть маленькие дети, которых надо растить, а отношения со своими племенами они по каким-то причинам порвали; или же они построили свой дом вместе; или же вместе обрабатывают один участок земли; или, наконец, им просто нравится жить друг с другом.

Вот что я обнаружила: несмотря на то, что работать с йотунами полезно, особенно в наши дни и в нашу эпоху, для такой работы требуется особая деликатность. Это не значит, что йотуны сами по себе деликатны, — нет, но подходить к ним следует с полной осознанностью и пониманием, как устроены ваши личные отношения с ними. Как оказалось, они довольно обидчивы, так что лучше соблюдать осторожность. Это важно, и, наверное, в этом — одна из причин, по которым кое у кого не получается работать с ними как следует. Если вы уже начали работать с йотунами и они вами заинтересовались, помните: им не понравится, если вы внезапно забудете о них или станете сбрасывать их со счетов. Как показывает моя личная практика, ответственность здесь — гораздо выше, чем при работе с любыми другими богами и духами. Что я хочу этим сказать? То, что мне действительно приходится много работать. Работать с самими йотунами, выполнять то, что они скажут, и не сидеть сложа руки — иначе они уйдут. Они не позволяют мне лениться. Кроме того, они требуют (по крайней мере, от меня) относиться гораздо более терпеливо, осознанно и вежливо ко всему миру — к людям, животным, растениям и так далее.

— Лин, духовидица.

Большинство последователей различных северных религий, скорее всего, спросят: «А зачем мне вообще работать с йотунами? Чему такому они могут меня научить, что не могут дать асы или ваны?» Понятное дело, что каждое живое существо без исключения может научить чему-то такому, чему вас не научит никто другой. Но в остальном — нет никаких причин, обязывающих кого-либо работать с троллями и великанами, особенно если вы чувствуете себя с ними неуютно и они никогда не обращались к вам лично. И точно так же у меня, например, нет никаких причин особо тесно работать с асами. Однако время от времени я с ними беседую, когда мне от них что-нибудь нужно, — в особенности если мне понадобятся их уроки. А некоторые из моих друзей и знакомых, работающих с асами и ванами, время от времени обращаются к йотунам за советом в тех областях, в которых они сведущи лучше всех.

Одна из таких областей — оборотничество. Хотя и асы, и альвы до некоторой степени способны менять обличья (особенно Один и Фрейя), но с йотунами в этом отношении не сравнится никто. Это часть их природы. Оборотничество (а для нас, обладателей более материальных тел, это означает произвольное изменение формы нашей хамы, то есть астрального тела) может давать мощнейший обучающий опыт. На самом деле вы никогда не поймете по-настоящему, кто вы, до тех пор, пока не пройдете путями того, кем и чем вы не являетесь. Вот почему такое важное место в шаманской практике занимают, собственно, и оборотничество, и/или смена пола, и/или внесение изменений в физическое тело, и/или игры с нейрохимией. Так вы гораздо глубже понимаете, кем и чем вы не являетесь, и благодаря этому узнаёте гораздо больше о том, кто вы есть на самом деле,  хотя всё это — не главная цель, а всего лишь побочное следствие и предварительный этап обучения (который неошаманы, к сожалению, слишком часто пропускают). Разумеется, если вы начнете регулярно становиться «не собой», может случиться так, что вы сами изменитесь, и тогда все придется начинать с начала.

Другая область, в которой йотуны разбираются лучше прочих, — это глубокое понимание стихий. Под стихиями я подразумеваю не только классические четыре элемента — Землю, Воздух, Огонь и Воду: йотуны работают и с другими природными силами — такими, как смерть, распад, возрождение, равновесие, — и служат их олицетворениями. Тайных знаний для изучения в мире хватает, но никто лучше йотунов не обучит вас пониманию естественного хода вещей. Я не мог овладеть по-настоящему главной своей стихией, Воздухом, до тех пор, пока не установил близкий (хотя и недолгий) контакт с Северным Ветром. И я никогда бы не понял Воду, стихию, оказавшуюся для меня самой трудной, если бы мне не пришли на помощь Девять Водяных Дев.

Ни один из исторических источников не отказывает йотунам в мудрости. Асы и ваны часто обращаются к ним за советами по их «специальностям», а некоторых (как, например, Вафтруднира), намеренно выискивают и уничтожают, потому что их мудрость может оказаться грозным оружием. Кведульф Гундарссон в своей работе «Искусство прорицания, сейт и шаманизм» отмечает, что шаманские путешествия в Нижний мир в поисках мудрости практикуют почти исключительно великаны или, даже точнее, великанши.

Это подводит нас к еще одному довольно неоднозначному вопросу, к которому мы будем возвращаться еще не раз: какое отношение имеют йотуны к шаманизму Северной традиции? Представляется, что эта практика, которую, в сущности, еще только начинают возрождать, связана с йотунами очень тесно. Ее следует отличать от сейта и спе (прорицания) — более молодых психодуховных практик, которые возникли в скандинавско-германской традиции на позднем этапе и еще упоминаются (хотя и редко) в дошедших до нас письменных источниках. Не исключено, что сейт вырос из шаманизма, но сам по себе шаманизм на скандинаво-германских территориях исчез задолго до появления письменности (хотя в соседней с ними стране саамов существует по сей день) и, соответственно, не поддается реконструкции на основе скандинавских литературных источников. Фактически, почти все, что мы о нем знаем, поведали нам духи: они помнят даже то, о чем люди давным-давно позабыли. И примечательно, что те боги и духи, которые активнее прочих избирают шаманов среди людей и обучают их этой духовной практике, принадлежат, за редкими исключениями, к роду йотунов. Удивляться не следует: ведь в те времена, когда в Северной Европе господствовала шаманская культура, основными объектами поклонениями, судя по всему, были именно йотуны.

Нам, практикующим шаманскую традицию, полученную от духов (что, кстати сказать, не редкость для других шаманских традиций: так, у монгольских бурятов есть даже специальный термин для шамана, обученного духами, — багшагуи), совершенно все равно, признают ли ее реконструкторские религиозные общины или нет. Все равно к началу эпохи викингов (а именно эту эпоху пытаются воссоздать большинство реконструкторов Северной традиции) шаманизм уже исчез, за исключением немногих практик, сохранившихся как часть сейта, так что заявления о том, что в религии вышеназванного периода не было места шаманской традиции, совершенно справедливы. Но независимо от того, признают ли ее когда-нибудь или нет эти духовные общины, шаманская традиция постепенно растет, а ключи к ее освоению дают йотуны. И хотя эта книга и те, что за ней последуют, могут оказаться полезны многим читателям с самыми разными убеждениями и верованиями, прежде всего они обращены к моим братьям и сестрам по этой традиции — тем из нас, кого боги и духи предназначили для борьбы за ее возрождение. Мужайтесь и не сдавайтесь, ибо для нас с вами отказ от борьбы означает безумие и смерть. Эта книга — мой первый дар вам всем и тем богам, которым мы служим.

Думаю, сейчас я выскажу самое главное из всего, чему я научилась за свою жизнь: больше всего вы узнаёте тогда, когда просто сидите тихо с открытой дверью, впуская тех, кто хочет с вами говорить, и не обращая внимания на тех, кто не хочет. Еще одно очень важное правило — подходить к каждому существу с открытым сердцем, какому бы пантеону или стороне ни принадлежала ваша верность. Асы, йотуны и все остальные — очень разные, и вы это поймете, если будете давать каждому возможность проявиться и определить себя. Если кто-то из них считает себя великаном — так тому и быть. Примите его — и вы узнаете гораздо больше, чем если бы смотрели на него как на какую-то хаотическую и злобную груду камней. Деревья могут научить нас видеть во всех направлениях. Те же камни могут научить нас терпению. Почва может научить нас росту. Вода тоже может многому научить.

А вот как понять, какие подношения им лучше делать: поработайте на них немного. Они потребуют от вас какой-нибудь обычной повседневной работы — мыть полы, шить, убирать в доме или трудиться в саду. Большинству людей на это не хватает терпения, особенно в других мирах. Думаю, многие просто разозлятся, если их божество прикажет им что-нибудь вымыть или почистить. Они сочтут это унизительным и не поймут, что на самом деле это — важный урок. Это потому, что они не понимают самого принципа «услуга — за услугу». Чтобы йотуны стали работать на вас, вы должны поработать на них. По-моему, очень забавно, что многие люди мечтают вернуться к племенному образу жизни и не понимают при этом сути бартера. Да, конечно, многим духам и богам приятно время от времени получить глоток-другой пива, вина, эля, меда и так далее… но посмотрим правде в глаза! Кого бы вы предпочли? Кого-то, кто приходит к вам в гости с бутылкой вина, или кого-то, кто не только приносит бутылку вина, но и готовит вам обед, а перед уходом еще и убирает за собой на кухне? Может быть, я рассуждаю так потому, что меня с детства приучили: когда приходишь в гости к родственникам, убери за собой посуду, прежде чем уйти. Если вы не любите мыть посуду, всегда можно, допустим, наколоть дров. Но суть не в этом. Я просто хочу сказать, что в доме у йотуна вы должны вести себя как гость — потому что вы и есть гость. Никто не давал нам права разгуливать по иным мирам как у себя дома. Вообще говоря, там, куда я обычно хожу, «туристы» гибнут. Но это и не удивительно: они вытворяют там всякие пакости и глупости и, в конце концов, получают по заслугам. Поэтому обращайтесь с турсами как с уважаемыми родственниками, к которым вы пришли в гости. Поцелуйте Тетушку Ледяную Бороду, когда она к нам наклонится, даже если у нее изо рта будет вонять, как от дохлой крысы. Дайте Дяде Оползню спокойно вздремнуть после обеда, переделав за него все нужные дела по дому. Помните, что у них нет времени на дармоедов и попрошаек. Держитесь с ними почтительно и не забудьте захватить для них какой-нибудь подарок.

— Лин, духовидица

Перевод с английского Анны Блейз



[1]
Клингоны — вымышленная инопланетная цивилизация гуманоидов-воинов из сериала «Звездный путь».

назад