Поэзия/Уильям Батлер Йейтс/Он скорбит о перемене, произошедшей с ним и его возлюбленной, и мечтает о конце света
Уильям Батлер Йейтс
Он скорбит о перемене, произошедшей с ним и его возлюбленной, и мечтает о конце света

Автор: William Butler Yeats
Перевод: Анна Блейз (с)

Лицензия Creative Commons
Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.

Он скорбит о перемене, произошедшей с ним и его возлюбленной, и мечтает о конце света He Mourns for the Change that has Come Upon Him and His Beloved
and Longs for the End of the World

Или не слышишь зов мой, белая лань без рогов?
Я стал красноухим псом, искусным в твоих следах.
Прошел я Тропу Камней и гибельный Лес Шипов,
Ибо кто-то вложил в мои ноги надежду и страх,
Ненависть и желанье гнать тебя день и ночь.
С ореховым посохом он встретил меня в лесах,
Только взглянул без слова — и я уже мчался прочь,
И голос мой с той поры сделался лаем пса,
И мимо меня летят Время, Рожденье, Рост.
Когда же Вепрь без щетины придет с Заката? клыком
Выкорчует огни солнца, луны и звезд
И с ворчаньем улегшись во тьме, устроится на покой.

 

Перевод с английского
Анны Блейз


Do you not hear me calling, white deer with no horns?
I have been changed to a hound with one red ear;
I have been in the Path of Stones and the Wood of Thorns,
For somebody hid hatred and hope and desire and fear
Under my feet that they follow you night and day.
A man with a hazel wand came without sound;
He changed me suddenly; I was looking another way;
And now my calling is but the calling of a hound;
And Time and Birth and Change are hurrying by.
I would that the Boar without bristles had come from the West
And had rooted the sun and moon and stars out of the sky
And lay in the darkness, grunting, and turning to his rest.

 

Комментарии У.Б. Йейтса

Эти лань и гончий пес — сродни тем оленям и гончим, что мелькают на страницах легенд о короле Артуре, маня рыцарей навстречу приключениям, а также безрогому оленю и гончему псу, что появляются в начале и в конце предания о путешествии Ойсина в Страну вечной юности. Пес этот несомненно близок гончим Аннуна1, или Аида, — белым псам с красными ушами; валлийские крестьяне слышат порой в завывании ночного ветра, как эти псы мчатся за кем-то вслед; а также, видимо, связан с теми гончими, которые, по ирландским народным поверьям, могут проснуться и унести душу умершего, если начать оплакивать его слишком рано или причитать над ним слишком громко. Одна старуха рассказывала мне и моей приятельнице, как заметила однажды белых птиц, кружащих над зачарованным местом; но, подойдя ближе, она увидела, что у них собачьи головы; и я не сомневаюсь, что мой гончий пес и эти птицы с собачьими головами — из одного рода. Своих пса и оленя я встретил в одной гаэльской поэме прошлого века о путешествии Ойсина в Страну юности2. Ойсин попадает на берег моря, погнавшись на охоте за безрогим оленем, а когда они с Ниав скачут по морю, он замечает среди волн (у меня сейчас нет под рукой той гаэльской поэмы, так что пересказываю по памяти) юношу, преследующего деву с золотым яблоком, а затем — гончего пса с одним красным ухом, мчащегося вслед за безрогой ланью. Эти лань и гончий пес представляются мне очевидными образами желания: желания мужчины, жаждущего женщину, и желания женщины, жаждущей желания мужчины, и вообще всякого желания, подобного этим3. Именно так я истолковал эти символы в «Странствиях Ойсина» и заставил моего влюбленного героя вздохнуть при виде «бессмертного желанья Бессмертных»4, отраженного в их лицах. Человек с ореховым посохом в моем стихотворении — быть может, сам Энгус, Владыка Любви; а вепрь без щетины5 должен прийти именно «с Заката» потому, что в Ирландии, как и в других странах, западная сторона — это сторона символической тьмы и смерти.

Примечания

  1. Аннун (Annwn, Annwyn) — в валлийской мифологии нижний мир, царство мертвых. Согласно древнему поверью, бытовавшему в Уэльсе еще в конце XIX в., гончие псы Аннуна — свора призрачных псов, которые проносятся по небу в ненастные ночи и несут с собой беды и смерть (вариант мифологемы Дикой Охоты). В «Мабиногион» (собрании валлийских легенд) псы Аннуна описаны так: «Они были белы как снег, а их уши — красны; и белое и красное сверкало и переливалось».
  2. Имеется в виду поэма Майкла Комина (Micheal Coimin, англизир. Michael Comyn, XVIII в.) под названием «Песнь об Ойсине в Стране юности» («Laoidh Oisin ar Thir na n-Og», ок. 1750). Вот подстрочный перевод строк, на которые ссылается Йейтс: «Также увидели мы рядом с нами / резво скачущую безрогую лань / и белого красноухого пса, / дерзко подгоняющего ее вперед. / Также узрели мы, воистину, без обмана, / Юную деву верхом на буром коне, / С золотым яблоком в правой руке, / Мчавшуюся по верхушкам волн. / За нею увидели мы / Юного всадника на белом коне, / В пурпурном с алым атласном плаще, / И в руке его — меч с золотой рукоятью».
  3. Аллюзия на высказывание из «Застольных бесед» английского поэта Сэмюэла Тэйлора Кольриджа (1772—1834): «Мужчина желает женщину; но женщина редко желает чего-либо иного, кроме желания мужчины».
  4. Цитата из поэмы У.Б. Йейтса «Странствия Ойсина».
  5. "Вепрь без щетины" — в одном из вариантов ирландской саги о Диармайде и Грайне волшебный вепрь, созданный на погибель Диармайду и, в конце концов, убивший его. Здесь - символ неотвратимой гибели. 
  • Образ вечной погони двух противоположных начал занимал очень важное место в мировоззрении Йейтса. В некотором смысле лань и гончий пес у него аналогичны образам бога любви Энгуса и его возлюбленной Этайн, а также, в более общем плане, образам человека и его даймона (высшего «я»), связанными друг с другом вечной любовью и вечной борьбой. В разработках для оккультного ордена, основанного на символике кельтских преданий, Йейтс так описывает эту взаимосвязь: «...соискатель должен связать эти две [противоположные] силы воедино, чтобы достичь полноты, ибо без Энгуса Этайн в стеклянной башне оставалась бы всего лишь золотой мухой, Красотой без Духовного Разума. И все же такое единение пока что невозможно, и вечная погоня должна продолжаться, ибо без нее жизнь перестанет быть жизнью».

назад